Смысл изображения исканий главного героя в поэме Вергилия «Энеида»

«Весь мир находился в руках победителей римлян. Они владели и морем, и сушей, и небом, усеянным звездами, но им всего было мало! Их до дна нагруженные корабли бороздили моря. Если на их пути встречался залив и неизвестная раньше земля, где, по слухам, были золотые прииски, местные жители объявлялись врагами Рима, и судьба готовила им опустошительную войну, чтобы римляне могли завладеть новыми сокровищами». Эти строки были написаны римлянином Петронием, приятелем Нерона, одного из жесточайших и никчемных правителей Рима (54-68 гг. до н.э.). Придворныйписатель, автор известного романа «Сатирикон», богатый и чтимый, Петроний был довольно-таки равнодушным, чтобы не проникаться проблемами реальной жизни. И ему удалось чрезвычайно точно определить сущность римлян, их жизненные приоритеты и политические принципы. И сегодня центр внимания смещается в пространстве античной культуры от литературы Древней Греции к лучшим образцам литературного наследия Древнего Рима. Мы должны исследовать и осознать особенности развития и расцвета древнеримской литературы, выяснить в ней место Вергилия и его героической эпической поэмы «Энеида», проследить за культурными связями и влияниями в античной литературе. Отправной точкой для нас будет выяснение мировоззренческих, политических и морально-этических приоритетов древних римлян, которые нашли свое художественное воплощение в культуре. Попробуем осознать разницу между жизнью древних греков и древних римлян и определить их место в создании классической античной литературы. Важно понять, почему именно во времена правления Октавиана Августа состоялся небывалый расцвет культуры в Риме, который в науке получил определение «золотой эпохи» римской культуры. Римляне были воинами, преисполненные воинствующим духом, они стремились к новым землям, богатству и поэтому мало занимались развитием культуры. Жестокие, они стремились ко всемирному господству, пренебрегали всех, кто не был гражданином Рима, кланялись культу доблести и патриотизма. Войны, которые вели римляне, а также укрощение восставших жителей провинций приносили Риму огромное количество рабов. Однако, если сперва они и оказывали содействие экономическому прогрессу и расцвету Римского государства, то позднее сам институт рабовладения превратился в значительный тормоз хозяйственного развития общества. Десятки, сотни тысяч рабов, которыми наполняли государство, постепенно разрушали ее экономику. Рабская работа была настолько непроизводительной, дешевой, что не было потребности думать о ее техническом оснащении, усовершенствовании средств производства. Проблемы работы и ее интенсификации не интересовали античную науку. Если учитывать при этом мизерную заинтересованность раба в результатах своей работы, то можно представить, каким был этот результат. Владельцев латифундий (огромных земельных массивов) не волновало то обстоятельство, что они доводили своих рабов до границы истощения сил, а потом заменяли их другими, пользуясь низкими ценами на невольничьих базарах. Римские ремесленники не могли конкурировать с дешевой рабской работой и вынуждены были пополнять толпы римских пролетариев, которые жили за счет государственных содержаний и нуждались в «хлебе и зрелищах». Кроме того, институт рабовладения наносил огромный моральный ущерб для государства. Возможность бесконтрольно проявлять свою власть над рабом, вплоть до его убийства, порождала в господине самые пагубные инстинкты и в целом разрушала моральные основы общества, о чем свидетельствуют специфические римские формы развлечений, в основе которых было наслаждение от наблюдения страданий и смерти (человека, животных). У древних римлян было произведенное высокое представление о гражданской доблести. В течение всей своей истории они кланялись культу доблести. Священным для них было слово «виртус», в которое они вкладывали идею мужества, стойкости, храбрости, самоотверженного служения родине, морального усовершенствования, душевного благородства, красоты души. Самым страшным преступлением для них было нарушение гражданского долга и особенно измена родине. Они гордились званием римлянина, высоко его ценили. Лишение римского гражданства рассматривалось ими как большое несчастье, хуже любого наказания. Их история наполнена примерами высокой гражданской доблести. Легенда запечатлила имя юноши Гая Муция Сцеволы, который, попав в плен во вражеский лагерь, положил правую руку на горящий жертвенник, чтобы показать свое презрение к смерти и пытке. Этрусский царь Порсена, пораженный мужеством героя, дал ему свободу и снял осаду Рима. Так, согласно легенде, был спасен город в 508 г. до н.э. Римский историк Тит Левой рассказывает о трех братьях Горациях, которые встали на поединок с тремя братьями Куриациями из соседнего города Альба Лонга. Все погибли, кроме одного Горация, победа которого обеспечила Риму право первенства. Сестра Горация Камилла была невестой одного из погибших Куриациев и, горько оплакивая жениха, укоряла брата и соответственно Рим. Гораций убил ее и был оправдан народом. Юный Брут, который изгнал последнего римского царя Тарквиния и основал республику, казнил собственного сына, который поддерживал отношения с изгнанным, а затем считался предателем. Свое имя оставила для истории и всемирно известная Корнелия, дочь Сципиона Африканского, мать братьев Гракхов, Гая и Тиберия, которые погибли во время борьбы плебейских низов с патрициями (аристократами). Корнелия и воспитанные ею в духе высокого гражданского долга сыновья своим примером питали моральные идеалы многих поколений древних римлян, и не только римлян. Приводим фрагменты из рассказа древнегреческого писателя Плутарха, который оставил после себя галерею художественных портретов знаменитых деятелей древности, а вместе с ней и портрет времени: «Все заговорщики, готовые к убийству, с обнаженными мечами, окружили Цезаря: куда бы он не обращал взгляд, он, подобно дикому зверю, окруженному ловцами, встречал удары мечей, направленные ему в лицо и в глаза, поскольку было утверждено, что все заговорщики примут участие в убийстве и будто попробуют жертвенной крови… Цезарь, как сообщают, получил двадцать три раны…». «Цезарю не пришлось воспользоваться могуществом и властью, к которым он, ценой огромных опасностей, стремился всю жизнь и которых достиг так тяжело. Его могущественный гений-хранитель, который помогал ему в течение всей жизни, и после смерти не оставил его, стал мстителем за убийство, преследуя убийц и гоняясь за ними через моря и земли, пока никого из них не осталось в живых. Он подверг наказанию всех, кто хотя бы как-то был причастен к осуществлению убийства, или к замыслам заговорщиков. Из всех случайностей человеческой жизни самая удивительная выпала на судьбу Кассия. Потерпев поражение при Филиппинах, он покончил с жизнью, заколов себя тем самым коротким мечом, которым убил Цезаря».

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *