Вопрос о Тургеневе рисовальщике

Современники Тургенева неоднократно подчеркивали свойственные ему способности рисовальщика-карикатуриста. «Тургенев был великим мастером в таких беглых набросках. Им даже была придумана, благодаря этому его искусству, особая игра. Тургенев рисовал профиль, а участвующие в игре, каждый по очереди, должны были под профилями писать характеристику лица, им изображаемого. Рисунки представляют собой портреты действующих лиц трех рассказов, входящих в цикл «Записок охотника»: «Однодворец Овсяников», «Касьян с Красивой Мечи» и «Гамлет Щигровскогоуезда». Остановимся на первом из них. Большая, выполненная тушью фигура однодворца, занявшая все основное пространство листа, привлекает к себе внимание не только своей монументальностью, но и характеристикой, данной писателем графическими средствами. Овсяников изображен очень полным, в свободном длинном сюртуке, застегнутом на все пуговицы; Ярко вычищенные сапоги облекают полные ноги. Вся его фигура и непокрытая голова с седыми растрепанными волосами, действительно, несколько напоминают Крылова, но лицо имеет индивидуальные черты. Легко убедиться в полном соответствии рисунка описанию облика Овсянишва, данному в тексте «Записок охотника». В очерке «Мой сосед Радилов» читаем: «У этодъевда раздался стук беговых дрожек, и через несколько мгновений вошел в комнату старик высокого росту, плеч питый и плотный, однодворец Овсяников… Но Овсяников такое замечательное и оригинальное лицо, что мы, с позволения читателя, поговорим о нем в другом отрывке». Дальше в очерке «Однодворец Овсяников» Тургенев пишет: «Представьте себе, любезные читатели, человека полного, высокого., лет семидесяти, с лицом, напоминающим несколько лицо Крылова, с умным взором под нависшей бровью, с важной осанкой, мерной речью, медлительной походкой: вот вам Овсяников. Носил он просторный синий сюртук с длинными рукавами, застегнутый доверху, шелковый лиловый платок на шее, ярко вычищенные сапоги с кистями, и вообще с виду походил на зажиточного купца. Руки у него были прекрасные, мягкие и белые: он часто с течение разговора брался на пуговицы своего сюртука. Овсяников своей важностью и неподвижностью, смышленостью и ленью, своим прямодушием и упорством напоминал мне русских бояр допетровских времен». Последний из интересующих нас рисунков, «Гамлет Щигровского уезда», в отличие от двух первых, исполнен карандашом. «Гамлет» сидит на кровати, в ночном колпаке и рубахе. Брюзгливо перекосившееся лицо, жидкие усы и борода характеризуют слабовольного, иронизирующего над самим собою «пришибленного судьбою Василия Васильича». В связи с этим стоит обратить внимание на то, что мысль об иллюстрировании отдельных очерков «Записок икотника» возникала еще до того времени, как осуществлено было издание всей книги в целом, т. е. до 1852 года. Один из наиболее ранних проектов этого рода связан с деятельностью выдающегося русского художника и рисовальщика Павла Андреевича Федотова (1815-1852) — предшественника идейного реализма в русской живописи». Некрасов в следующем, 1849 году все же выпустил свой альманах в другом виде и под другим заглавием, желая этим удовлетворить читателей «Современника», ожидавших выхода в свет сборника и невольно обманутых редактором, хотя содержание его было значительно более бедным и тусклым, так как, по словам Л. Я. Головачевой-Панаевой, «цензура и слышать не хотела о чем-либо, напоминающем «Иллюстрированный альманах». Таким образом, если отпали все сомнения по поводу того, что автором рисунка «Два помещика» является П. А. Федотов, То не может быть никаких сомнений и в том, что этот рисунок является иллюстрацией к одноименному очерку Тургенева. Для этот достаточно сравнить этот (воспроизводимый и при данной статье) рисунок с гекстом данного очерка. Напомним портреты обоих помещиков, как их изобразил сам Тургенев в тексте «Записок охотника» (первоначально очерк назывался «Два соседа»): «Сперва опишу вам отставного генерал-майора Вячеслава Илларионовича Хвалынокого. Представьте себе человека высокого и когда-то стройного, теперь же несколько обрюзглого, но вовсе не дряхлого, даже не устарелого, человека в зрелом возрасте, в самой, как говорится, поре. Словесный портрет с иллюстрацией Федотова, чтобы видеть, что художник воспользовался всеми мельчайшими подробностями текста и дал точнейшее живописное воспроизведение описанного писателем помещика. Не упущены такие детали, как слепка повислые щеки, военная выправка стана, манера обращаться с «дворянами небогатыми или нечиновными» («Разговаривая с ними,- замечает Тургенев, — он обыкновенно глядит на них сбоку, сильно опираясь щекою в твердый и белый воротник…»). Не говорим уже о том, что художник воспользовался всеми без исключения указаниями текста относительно внешности и одежды Хвалынского, которые могли быть переданы в карандаше («сюртук, застегнутый доверху», «высокий галстух с накрахмаленными воротничками», «панталоны серые с искрой, военного покроя», «шляпу же надевает прямо на лоб, оставляя весь затылок наружи»… и т. д.). Дальнейшие разыскания помогут установить, с какой целью Тургенев сделал свои иллюстрации: думал ли он о возможности иллюстрирования «Записок охотника», хотел ли снабдить своими эскизами художника-профессионала для наиболее удачного воплощения своего литературного замысла графическими средствами? В настоящее время мы можем, однако, с уверенностью утверждать лишь то, что указанные рисунки не предшествовали литературному тексту очерков, но сопровождали их. Во всяком случае, вместе с рисунком П. А. Федотова они представляют собою, невидимому, самые ранние иллюстрации к «Запискам охотника» и имеют поэтому особую документальную цен ность. Они должны быть также учтены в той еще ненаписанной истории отражения «Записок охотника» в русском изобразительном искусстве, которая могла бы представить многосторонний интерес-и для истории русского реалистического искусства, и для дальнейшего изучения знаменитой книги Тургенева.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *