Личность и эпоха в романе А. Н. Толстого «Петр Первый»

Роман «Петр Первый» М. Горький назвал «первым в нашей литературе настоящим историческим романом». Отразивший од­ну из интереснейших эпох в развитии Рос­сии — эпоху коренной ломки патриархаль­ного быта и борьбы русского народа за свою независимость, роман А. Н. Толсто­го будет привлекать не одно поколение читателей своим патриотизмом и высо­ким художественным мастерством. Личность Петра и его эпоха волновали воображение писателей, художников, композиторов многих поколений. От Ло­моносова до наших дней тема Петра не сходит со страниц художественнойлите­ратуры. К ней обращались А. Пушкин, Н. Некрасов, Л. Толстой, А. Блок. Свыше двадцати лет эта тема занимала и Алексея Толстого: рассказ «День Петра» был напи­сан в 1917 году, последние главы его ис­торического романа «Петр Первый» — в 1945 году. Не сразу удалось писателю совершить задуманное — глубоко, прав­диво и всесторонне нарисовать петров­скую эпоху, показать характер великих преобразований. Характерно, что к Петровской эпохе А. Н. Толстой обратился в 1917 году: в да­леком прошлом пытался он найти ответы на мучившие его вопросы о судьбах роди­ны и народа. Почему именно к ней обра­тился писатель? Время преобразователь­ных реформ, коренной ломки патриар­хальной Руси воспринималось им как нечто напоминавшее 1917 год. А уже поз­же одним из лучших произведений совет­ской литературы на историческую тему стал роман «Петр Первый». Итак, в центре повествования — Петр, формирование его личности. Однако роман не стал просто мастерски написанной био­графией Петра. Почему? Толстому важно было показать не только Петра как большо­го исторического деятеля, но и эпоху, кото­рая способствовала формированию этой фигуры. Становление личности первого им­ператора и изображение эпохи в ее истори­ческом движении определило композици­онные особенности романа. А. Толстой не ограничивается изображе­нием жизни и деятельности своего героя, он создает многоплановую композицию, что дает автору возможность показать жизнь самых различных слоев населения России, жизнь народных масс. Все классы и сословия русского общества представле­ны в романе: крестьяне, солдаты, стрельцы, ремесленники, бояре. Россия показана в бурном потоке исторических событий, в столкновении общественных сил. Поражает широкий охват событий, раз­нообразие созданных персонажей. Действие переносится из бедной крестьян­ской избы Ивашки Бровкина на шумные площади старой Москвы; из светлицы властной царевны Софьи — на Красное крыльцо в Кремле, где маленький Петр становится очевидцем жестокой распра­вы стрельцов с Матвеевым; из покоев На­тальи Кирилловны в Преображенском дворце — в Немецкую слободу, оттуда в выжженные южным солнцем степи, по которым медленно движется войско Голи­цына; из Троицко-Сергиевской лавры, ку­да ночью из Преображенского дворца бе­жал Петр, — в Архангельск, под Азов, за границу. Первые главы романа рисуют ожесто­ченную борьбу за власть между двумя боярскими группами — Милославскими и Нарышкиными, представляющими ста­рую, боярскую, допетровскую Русь. Ни ту, ни другую группу не интересовали ни государство, ни судьба народа. Толстой подчеркивает это почти одинаковыми за­мечаниями, оценивающими правление одних и других. «И все пошло по-старо­му. Ничего не случилось. Над Москвой, над городами, над сотнями уездов… кис­лые столетние сумерки — нищета, холоп­ство, безделье». Это — после победы Милославских. Но вот победили Нарыш­кины — «…стали думать и править по прежнему обычаю. Перемен особенных не случилось». Это понимают и простые люди: «Что Ва­силий Голицын, что Борис — одна от них радость». Толстой показывает также, что народ играет решающую роль и в тех со­бытиях, которые разыгрываются в Кремле. Только при его поддержке Нарышкиным удается сломить Милославских. Недо­вольство людей своим положением прояв­ляется в ряде массовых сцен. Примерно с четвертой главы первой книги Толстой показывает, как все более обостряются отношения между возмужав­шим Петром и Софьей, что приводит в дальнейшем к падению былой власти­тельницы. Пётр становится самодержав­ным правителем и со свойственной ему решительностью, преодолевая сопротив­ление боярства, начинает борьбу с визан­тийской Русью. «Упиралась вся Рос­сия», — пишет Толстой. Ненавидели быст­роту и жестокость ново вводимого не только боярство, но и поместное дворян­ство, и духовенство, и стрельцы: «Стал не мир; а кабак, все ломают, всех тревожат… Не живут — торопятся… В бездну катим­ся…» Сопротивлялся и народ: люди бегут в леса, на Дон — таков был ответ на тяготы жизни в период правления Петра. Первая книга кончается жестоким по­давлением стрелецкого мятежа: «Всю зи­му были пытки и казни… Ужасом была ох­вачена вся страна. Старое забилось по темным углам. Кончалась византийская Русь. В мартовском ветре чудились за балтийскими побережьями призраки тор­говых кораблей». Вторая книга, по словам самого Толстого «более монументальна, более психологич­на», она рассказывает о том как сдвинулась с места держава — начинается с изобра­жения «неохотно» пробуждающейся Моск­вы, кончается картиной строящегося Пе­тербурга. Борьба старого и нового стано­вится определяющей в развитии действия романа. Толстой показывает, в каких слож­ных условиях возникает молодая Россия, какие трудности пришлось преодолевать Петру на пути преобразования. Во второй книге по сравнению с первой меньше исторических событий, действие концентрируется вокруг подготовки к Се­верной войне, «нарвской конфузии». Опи­сывается лихорадочная деятельность по укреплению обороны, строительство заво­дов, первые успехи в войне со шведами — взятие Нотебурга, выход к устью Невы и ос­нование города-крепости, которой сужде­но будет стать северной столицей. Значительное место отведено в этой книге психологическим характеристикам. Каждый из эпизодов частной и общест­венной жизни помогает ярче представить ту или иную сторону эпохи Петра, его пре­образований (например, описание жизни семей Буйносовых, Бровкиных и других). Толстой показывает, как новое врывается в быт, рушит старые устои. Прогрессив­ный характер петровских преобразований подчеркивается автором в изображении общего оживления страны, в появлении вокруг Петра новых людей, идущих в ногу со временем и понимающих нужды Рос­сии. Среди них и выходцы из народной среды: Меньшиков, семья Бровкиных, Федосей Скляев, Воробьев. «Птенцы гнезда Петрова», люди энер­гичные, воспитанные Петром, противопо­ставлены старому московскому боярст­ву — Буйносову, Лыкову и другим, изобра­женным Толстым с иронией. Боярство внешне смирилось, но продолжало нена­видеть Петра и его нововведения. Во второй книге с еще большей силой звучит мотив социального протеста наро­да. Раздражение звучит и в разговоре в кабаке на Варварке, и в поведении му­жиков, в их недобрых взглядах, в выкри­ках, в открытой ненависти крестьян к по­мещикам и боярам. А. Толстой показывает глухо бурлящий в народе протест, который должен был вы­литься в восстание на Дону под предводи­тельством Булавина. Чтобы жить «по воле, а не по указу государеву», люди бегут в ле­са. Движение раскольников является од­ной из форм протеста против усилившего­ся гнета в период правления Петра. В устье Невы заложен город-крепость. До желанного моря теперь отсюда — ру­кой подать; началось преобразование ар­мии для решительной победы над шведа­ми и возвращения «исконно русских зе­мель» — Юрьева и Нарвы. Третья книга романа посвящена борьбе за эти города. «Третья книга — писал сам Толстой, — самая главная часть романа о Петре, она относится к наиболее инте­ресному периоду жизни Петра. В ней бу­дет показана законодательная деятель­ность Петра, его новаторство в области изменений уклада русской жизни, поезд­ки царя за границу, его окружение… В третьей части будут даны картины не только русской жизни, но и Запада того времени — Франции, Польши, Голлан­дии. Все основные задачи, которые я ставил, приступая к роману, будут осу­ществлены в этой части». Третья книга, как и вторая, начинается с описания Москвы. Прошло не так много времени, но перед нами другой, обнов­ленный город. Во второй книге показана неторопливая, во многом косная жизнь, и, хотя все чувствуют, что назревают боль­шие события, что жить становится тре­вожнее, тем не менее, она течет пока по-прежнему. В третьей книге Москва пред­стает иной: произошли крутые перемены. Новое ворвалось в жизнь, изменило при­вычное ее течение. Нет больше челяди у боярских дворов, «ворота закрыты на­глухо, на широком дворе — тихо, людишки взяты на войну, боярские сыновья или зя­тья в полках унтер-офицерами либо усла­ны за море, недоросли отданы в школы». Чувствуется, что жизнь уходит в новую столицу — Петербург. Третья книга повествует также о блестя­ще одержанных победах русскими над войсками Карла XII. В ней поставлена проблема культурного развития страны, проблема формирования новой интелли­генции. Особенно ярко показан образ мо­лодой России, победившей в нелегкой борьбе. Однако и в этой книге не ослабе­вает, а, наоборот, звучит с новой силой социальный конфликт — рост противоре­чий между императорской властью и на­родом. Книга осталась, к сожалению, незавер­шенной. «Человека, — писал А. Н. Тол­стой, — равно как исторический отрезок времени — можно понять только диалекти­чески — в движении, в борьбе, в противо­речии». Так он изображает Петровскую эпо­х у — в движении, в борьбе нового со ста­рым. В романе Толстого, в каждой строчке его чувствуется биение пульса большой страны, движение вперед народа, который с честью выходил из всех суровых испыта­ний, в созидательном труде и в борьбе до­бывал славу своей Родине.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *