Причины и мотивы написания трагедии «Борис Годунов»

Наряду с романом в стихах «Евгений Онегин» историческая трагедия «Борис Годунов» принадлежит к числу величайших художественных созданий Пушкина. Сам он — «взыскательный художник», очень требовательно и строго относившийся ко всему, что писал, по праву называл именно эти два произведения совершенными им «литературными подвигами». Под влиянием патриотического подъема, связанного с победоносным окончанием Отечественной войны 1812 года, в русском обществе того времени резко усилился естественный интерес к историческому прошлому своей страны.Пушкин вспоминал позднее, с каким огромным вниманием были встречены первые восемь томов монументальной «Истории Государства Российского» крупнейшего писателя того времени Н. М. Карамзина, вышедшие в свет в 1818 году — вскоре после окончания будущим автором «Бориса Годунова» Лицея. Пушкин прочел все вышедшие тома «Истории» «с жадностью и со вниманием». Отмечая, что три тысячи экземпляров «Истории» разошлись в один месяц, Пушкин писал: «…пример единственный в нашей земле… Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка — Коломбом. Несколько времени ни о чем ином не говорили». В своей «Истории» Карамзин впервые по архивным первоисточникам собрал и систематизировал богатейший фактический материал и по-писательски — художественно увлекательно — изложил его. Но освещалось Карамзиным русское историческое прошлое с консервативных позиций утверждения самодержавно-крепостнического строя. Точка зрения Карамзина вызвала решительное неодобрение представителей передовых кругов общества. В особенности возмущались ею деятели тайных революционных организаций, которые начали складываться как раз в эти годы. Будущие декабристы ставили своей целью сбросить с народа-победителя, не только отстоявшего свою родину, но и освободившего от наполеоновской тирании Европу двойные цепи: * самодержавия и крепостнического рабства. * В его «Истории» изящность, простота * Доказывают нам, без всякого пристрастья, * Необходимость самовластья * И прелести кнута. Эта убийственно острая эпиграмма на автора «Истории Государства Российского», получившая широчайшее распространение в списках, была написана тогда же молодым Пушкиным. Свидетель величия и героизма русского народа в войне 1812-1814 годов, Пушкин с самых ранних лет живо интересовался историей своей родной земли. Но к осмыслению русского исторического прошлого автор вольных стихов, певец декабристов, Пушкин подходил с идейных позиций, противоположных карамзинским. Человек исключительно глубокого, проницательного ума, Пушкин понимал, что жизнь народа представляет собой закономерно развивающийся процесс, в котором настоящее обусловлено прошедшим и, в свою очередь, подготовляет будущее. Поэтому, для того чтобы правильно действовать в настоящем во имя подготовки желанного будущего, необходимо хорошо знать опыт прошлого, учитывать его. В этом и заключалась одна из причин «историзма» Пушкина — его постоянного стремления познать и отразить жизнь общества, народа в движении, изменениях, историческом развитии и в связи с этим его настойчивого обращения в своем творчестве к темам мировой и, в особенности, русской истории. В центре исторических раздумий Пушкина была судьба русского народа и созданного им сильного многонационального государства, проблема народного счастья, процветания, максимального развития всех заложенных в «мужающей, молодой» России могучих творческих сил. А первым необходимым условием этого, как уже в ранние свои годы понял поэт, было освобождение народа от крепостного ига. «Свободой Рим возрос, а рабством погублен»,- писал пятнадцатилетний Пушкин в стихотворении «Лицинию» — зерне его последующих, пронизанных освободительным пафосом политических стихов. Позднее, уже в ссылке на юге, в Кишиневе, Пушкин набрасывает первый свой исторический труд — замечания по русской истории XVIII века, в которых прямо заявляет, что основной задачей русской жизни является борьба против «закоренелого рабства»: «политическая наша свобода неразлучна с освобождением крестьян». На глазах Пушкина борьба эта происходила в двух формах. В стране то тут, то там вспыхивали народные волнения — выступления крестьян против помещиков. Но эти разрозненные, неорганизованные вспышки носили стихийный характер и потому были обречены на неудачу. По той же причине полным разгромом закончились в свое время и грандиозные, но не освещенные светом передового, революционного сознания народные восстания XVII и XVIII веков под предводительством Разина и Пугачева. Наряду с этим борьбу за освобождение народа начинали вести передовые люди из среды дворян — будущие декабристы, те, кого Пушкин с полным правом называл своими «друзьями, братьями, товарищами». Но, будучи дворянскими революционерами, далекими от народа, декабристы не привлекали к участию в этой борьбе сам народ и даже боялись его участия, опасаясь стихийного восстания закрепощенных крестьян против всего дворянства — «новой пугачевщины». Однако можно ли ниспровергнуть веками сложившийся, упрочившийся, обладавший огромными материальными силами и средствами самодержавно-крепостнический строй усилиями одного лишь узкого круга дворян-революционеров, без участия широких масс, без сочувствия и активной поддержки народа? Этот вопрос не мог не тревожить умы наиболее проницательных людей того времени. Настойчиво вставал он и перед Пушкиным. Ответ на этот вопрос великий поэт ищет и в своей современности и в истории. В связи с этим все усиливается интерес Пушкина к русскому историческому прошлому, особенно к теме народно-крестьянских восстаний. Совсем незадолго до начала работы над «Борисом Годуновым» он просит брата прислать ему в его новую ссылку, в Михайловское, куда поэт прибыл в августе 1824 года, материалы о Пугачеве и Степане Разине. Село Михайловское находится неподалеку от древней границы псковских земель с Литвой и Польшей. Все здесь вокруг дышит стариной. Совсем близко от Михайловского расположен Святогорский монастырь, созданный по приказу Ивана Грозного. Рядом с Михайловским на окрестных холмах следы старинных укреплений, охранявших русские рубежи и путь из Литвы в Москву: Савкина горка и несколько дальше городище (место, где в древности стоял город) Воронич с частично сохранившимся и до сих пор земляным валом. Через Воронич прошел со своими дружинами Дмитрий-самозванец по пути в Москву. Все это живо напоминало Пушкину о событиях конца XVI — начала XVII века, которые он и задумал изобразить в своей исторической трагедии «Борис Годунов». Историческая эпоха конца XVI — начала XVII века также являлась эпохой «многих мятежей» (название одной из летописей того времени), периодом нарастающей народной грозы, закипающего широкого народного движения, которое вскоре вылилось в крестьянскую войну под предводительством Болотникова. Это было первое крупное выступление порабощенного крестьянства, предварившее восстание Разина и Пугачева. С событиями этого бурного времени Пушкин подробно ознакомился по вышедшим незадолго до того в свет десятому и одиннадцатому томам «Истории Государства Российского» Карамзина. Читая страницы карамзинской «Истории» в период подготовки выступления декабристов, Пушкин все время ощущал сходство событий начала XVII века с современностью. «Это животрепещет, как свежая газета»,- писал он Жуковскому о десятом и одиннадцатом томах Карамзина. Впоследствии, в 1830 году, добиваясь разрешения своей исторической трагедии к печати и заранее отводя возможность обвинений в том, что в ней содержатся намеки на современные события, связанные с восстанием декабристов, Пушкин справедливо замечал в письме к шефу жандармов Бенкендорфу, что все времена смятений и переворотов типологически похожи друг на друга. История Годунова, вступившего, по Карамзину, на царский престол ценою преступления — убийства законного наследника, царевича Димитрия, невольно должна была вызывать в сознании Пушкина известную аналогию с ненавистным ему царем Александром, вступившим на трон в результате убийства его отца, убийства, к которому новый царь и сам был в какой-то мере причастен. Возможность подобной аналогии очень была ему кстати, и он ею воспользовался. «Никак не мог упрятать всех моих ушей под колпак юродивого»,- писал он другу, имея в виду сцену с юродивым Николкой, который при всех обвиняет Бориса в убийстве царевича. Но в своей трагедии Пушкин никак не хотел под видом прошлого изобразить настоящее, как это делали многие предшествовавшие и современные ему писатели, не стремившиеся к правдивому, реалистическому воспроизведению исторической действительности. Наоборот, основоположник русской реалистической литературы, Пушкин добивался того, чтобы, говоря его собственными словами, «воскресить минувший век во всей его истине», дать наиболее верное, правдивое изображение далекого прошлого. И хотя сцена с юродивым является плодом художественного домысла Пушкина, в ней тоже нет подмены прошлого настоящим. Художественно обобщенный, типизированный Пушкиным образ Николки и обличение им царя Бориса вполне соответствуют «воскрешаемой» поэтом исторической эпохе. И это относится ко всей трагедии в целом.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *