Сюжет комедии Мольера «Мещанин во дворянстве». Действие 4-5

Действие четвертое. Доримена в восхищении от роскошных блюд, поданных для нее хозяином дома. Музыканты поют и играют, развлекая гостей. Господин Журден пытается ухаживать за Дорименой, но неожиданно появляется г-жа Журден. Она яростно набрасывается на мужа, который, выпроводив ее в гости к сестре, вызвал музыкантов и принимает у себя даму. Дорант тут же объявляет, что г-н Журден только предоставил свой дом, а обед и музыкантов Дорант сам заказал для маркизы. Журдену пришлось согласиться с таким объяснением. Доримена, не дожидаясь, когда хозяйкаосыплет ее оскорблениями, стремительно уходит. Журден предается грустным размышлениям о том, как не вовремя вернулась его жена. Неожиданно входит Ковьель, переодетый в цветастую турецкую одежду. Ковьель поведал хозяину, что знал его еще маленьким и что отецЖурдена никогда не являлся купцом, а был настоящим дворянином. Потом Ковьель объявил, что в городе находится сын турецкого султана, чрезвычайно похожий на Клеонта и влюбленный в Люсиль. Чтобы сын султана мог жениться на девушке, Журдена следовало возвести в «мамамуши» — «это у них такое высокое звание», «это самый почетный сан, какой только есть в мире». Журден чрезвычайно польщен. Появляется одетый турком Клеонт, и они с Ковьелем, выступающим в роли толмача, мастерски разыгрывают сцену, разговаривая на непонятном языке и приказывая Журдену готовиться к церемонии посвящения. Оставшись один, Ковьель со смехом потешается над глупостью Журдена. Неожиданно входит Дорант. Ковьель просит его помочь устроить розыгрыш Журдена, чтобы выдать Люсиль за Клеонта. В доме происходит «турецкая церемония»: медленно двигаются турки, стелят ковры, идет молитва, поют «Алла» и за Журденом идут дервиши. Начинается комическая церемония посвящения хозяина дома в «мамамуши». В заключение Муфтий задает вопросы: «Твойнеобманос?.. Нешар-латанос?.. Дать ему тюрбанос!» и, подавая саблю, произносит: «Твой — дворян. Не вру ни капля. Вот тебе сабля». Снова раздаются звуки музыки, турки бьют Журдена сначала саблями, а потом палками и в такт танцующим уводят его. Действие пятое. Господина Журдена встречает его супруга и в ужасе смотрит на него в тюрбане и длинном халате. Она набрасывается на мужа с упреками, но тот грозно останавливает ее: он теперь «мамамуши», с ним следует разговаривать почтительно. Журден повторяет сказанное актерами, которые изображали турок: «Его сделать паладина… И отправить в Палестина на галера бригантина… И со всеми сарацина воевать христианина… Палка, палка, бей — не жалка… Не бояться, не стыдиться, если хочешь посвятиться…» Видя, какЖурден пляшет, напевая бессмысленные «у—ла-ба», его жена решает, что супруг окончательно сошел сума. В комнату входят Дорант и Доримена, которой граф со смехом рассказывает о том, что происходит в доме. «Могу ручаться, что такого сумасброда, каков наш Журден, вы нигде не найдете». Он просит Доримену помочь всем устроить брак Клеонта, и маркиза с радостью соглашается: ей по душе этот юноша. Но перед тем, как включиться в большой розыгрыш, Доримена объявляет о своем согласии выйти замуж за Доранта: этим она намерена прекратить расточительство графа и пожалеть его капиталы. Дорант и Доримена с полной серьезностью поздравляют Журдена с новым званием и свадьбой дочери с сыном турецкого султана. Однако Люсиль не знала о розыгрыше. Увидев отца в странном одеянии и сообразив в конце концов, что ее собираются немедленно выдать замуж, девушка стала отпираться, обещая пойти «на любую крайность», как вдруг узнала Клеонта. Обрадованная Люсиль немедленно согласилась стать его женой. Г-жа Журден долго не могла взять в толк, что идет большой розыгрыш для блага ее же дочери, но когда Ковьель тихонько объяснил ей, что происходит, с радостью согласилась на брак Люсиль с «сыном турецкого султана». Видя, что все устроилось, Журден тут же посылает за нотариусом, чтобы скрепить брачный договор. Дорант объявляет, что и они с Дорименой решили пожениться, шепнув Журдену, что придумал это для ушей г—жи Журден. Успокоенный Журден подтверждает свое решение послать за нотариусом. Он соглашается и на брак Николь с «толмачом» (Ковьелем) и объявляет: «Ни-коль я отдаю толмачу, а мою супругу — кому угодно». Благодарный Ковьель заключает: «Ну, уж другого такого сумасброда на всем свете не сыщешь!»

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *