«…Чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа»

Александр Блок – трагическая фигура в нашей национальной истории «потерянное дитя», — писала Зинаида Гиппиус. Он трагичен своей ролью романтика в революции, гения захваченного стихией и видевшего своими глазами «слепой и беспощадный русский бунт». Трагичен своим поздним понимание той цены, которую заплатила русская интеллигенция и вся Россия за бесовское наваждение – веру, что к светлому будущему можно придти через кровь, разрушения, новую «пугачевщину». Свидетель «страшных лет России», гениально отобразил русскую революцию. «Двенадцать»— самое важное, самое бессмертное блоковское творение, потому что он подводит итог безумному влечению русской интеллигенции идей революции. «Революционный пожар» новым светом озарил все творчество Блока, придал ему тревожный и мятежный смысл – жизнь и борьба человек «меж двух огней». Время окрасило «Двенадцать» в цвет кумача, сделало политическим манифестом в руках тех, кому нужно было как – то оправдать национальную трагедию 1917 года. Блок, хотя и приветствовал революцию в статье «Интеллигенция и революция», но не был политиком. Поэма начинается словами: Черный ветер, белый снег… Ветер, ветер на всем белом свете! В город ворвалась стихия, ветер, вселенский мировой. Ветер крепчает, сливается с вьюгой, «смеющийся в очи» человеку, и вместе они накрывают город. Вроде идет обычная жизнь: сугробы, на улицах лихачи, распахнуты двери кабаков, плакаты, кто – то кого – то убил, идут двенадцать солдат. И вместе с тем чувствуется, что сейчас происходит что – то важное: борются не на жизнь, а на смерть хаос и гармония, свет и тьма. Нет не двенадцать воплощают в себе идею гармонии, света. Где он, тот свет? В чем? Пока только ночная душа города. Лихорадочный, меняющейся от марша к городскому романсу, от романса к частушке, ритм поэмы как бы собирает всех жителей, все классы и сословия на огромную площадь, где решается их историческая судьба. Какой странный у них вид: В зубах цигарка, примят картуз, На спину б надо бубновый туз. Поэту видится на спинах его героев страшный знак каторги. Куда и зачем они идут? Почему радостно скандируют: Свобода, эх, эх, без креста! Кто они? Люди, готовые к разрушению и насилию «Выпить кровушку за зазнобушку». Им позабавиться не грех. Поэт, сам прошедший путь «вочеловечивания», дает шанс преодолеть злобу, снять накипь с души, очиститься в процессе революции. Должно же быть в них что – то человеческое, нельзя же все уничтожать! Ведь в человеке два начала: бесовское (черное) и Христово (белое). Блок, как романтик, был убежден, что из стихи должна родиться гармония. Но нет. Группу из двенадцати «апостолов» революции замыкает пес, не просто бездомная собачонка, а символ дикого, необузданного злого, жестокого. И только впереди, далеко, за снежной завесой, идет тот, от кого они отказались, сняв с себя крест, — Христос. А пока они сами удивляются: «Эка тьма!». Тьма вокруг них и в душах – тьма безверия и слепоты. А доказательство тому – убийство Катьки. Убийство из-за ревности, из-за душевной темноты и «дозволения» революции, делать что хочешь. Пролита кровь невинной жертвы. А сколько таких «Катек» убьют они на своем пути еще? Кровь на снегу – это трагедия, которой нет оправдания. Поэтому убийце стало стыдно «голову повесил». Блок считал, что память о Боге, называемая совестью, живет в каждом. Совесть убийцы оборачивается страхом. Тут –то и появляется : Нежной поступью надъвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз – Впреди – Исус Христос. Какой смысл этого символа? Блок сам признавался Гумилеву: «Мне тоже не нравится конец… Когда я кончил, я сам удивился: почему Христос, но чем более я вглядывался, тем яснее видел Христа». Эта интуиция гения. Осталось одно – предупредить Россию, что путь преодоления прошлого лежит не через братоубийственную войну и разжигание темных, слепых инстинктов в человеке, пусть в благородной форме: «Вся власть советам!», а через движение к добру, красоте, истине, любви. Не надо перестраивать мир, не надо кричать: Запирайте этажи, нынче будут грабежи. Нужна духовная революция, преображение нашего «внутреннего человека» Блок совершил нравственный подвиг всем своим творчеством, и в первую очередь поэмой «Двенадцать» — честной бескомпромиссной оценкой революции. Чуковский говорил: «Я назвал поэму гениальной. Его темы огромны: Любовь. Бог. Россия. Его тоска вселенская: не о случайных… изъянах быта, но о вечной непоправимой беде бытия.» Эта беда – безбожие, отсутствие нравственного закона. Светлое, святое в нашей стране будут вытравлять всеми способами. В 20 –30 годы детей публично заставляли отказаться от родителей, взорвут дорогу к Храму и сами Храмы. А в конце ХХ века изгонят Солженицина с родной земли, ускорят смерть Сахарова, убьют А. Меня. Блок как бы предвидел это, но верил, что Исус Христос вернется на благодатную русскую землю, которая не разучилась еще каяться. … И там, где огонь гудит, развихрясь, Он видит все-таки Христа.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *